Главная arrow О картинах arrow Рафаэль «Сикстинская Мадонна»

Категории новостей:

Обучение
Наука
Разное
Интервью

Из галереи...

Новые комментарии...

RSS
Рафаэль «Сикстинская Мадонна»
Публикации - О картинах

Чистота и Любовь, идущие нам навстречу.

В ряду других замечательных произведений, посвященных Мадонне, эта картина получила свое название от св. Сикста, изображенного в левой части картины. Св. Сикст – ученик Апостола св. Петра.
«Сикстинская Мадонна» – произведение, принадлежащее к высшим достижениям человеческого духа, к блестящим образцам изобразительного искусства. Но мы попытаемся извлечь из его содержательной части частицу смысла, фрагмент общей идеи, слабую тень авторского замысла. И эти наши «извлечения» будут непрерывно расти по мере того, как мы будем снова и снова возвращаться к этой гениальной картине.
Как всегда в этой рубрике, мы будем говорить о внутреннем содержании, которое проявлено во внешней пластике форм, цвета и композиции основных фигур.
Первым нашим смиренным шагом на этом пути будут фигуры св. Сикста слева и св. Варвары справа.
Обе фигуры являются как бы подножием Мадонны с Предвечным Младенцем. И это подножие полно движения и внутреннего смысла. Св. Варвара – покровительница умирающих. Ее холодный, даже безучастный взгляд обращен из горних сфер вниз, к нам, мятущимся в водовороте земных забот, между надеждами и страхом, желаниями и разочарованием.
Напротив, в фигуре св. Сикста все устремлено к Мадонне с Младенцем как к высшей Истине и Спасению. Сам облик святого несет в себе ясные черты земной человеческой немощи, старческой беспомощности и тлена. Всклоченные редкие волосы на лысеющей голове, движение тонких бессильных рук выражают крайнее волнение и надежду. Это волнение усиливают и линии одежды св. Сикста, в отличие от спокойных складок одежды св. Варвары.

Image

В св. Сиксте воплощены черты самого рода человеческого, бессильного перед временем и судьбой. В лице св. Сикста этот род имеет своего предстоятеля у горнего мира.
Фигуры этих персонажей создают ощутимое движение взгляда зрителя – от св. Сикста, чья правая рука прямо указывает в нашу сторону, а взгляд обращен к Мадонне, а затем от св. Варвары к нам, на землю.
При этом головки двух ангелов, напротив, обращены в высшие сферы, где происходит все действительно значимое, а мы с нашими радостями, драмами и трагедиями для них просто не существуем.
Это движение взгляда перечисленных лиц создает ощущение присутствия земного бытия и в то же время, как по спирали, поднимает наше ощущение самого себя все выше и ближе к главным фигурам на картине. Многократные обороты этого взгляда делают нас все ближе к тому, что происходит в горних высях. И делается это для того, чтобы поставить нас непосредственно перед лицом величайшей трагедии во Вселенной.
Эта трагедия здесь представлена двумя Лицами.
Складки материи, похожей на занавес сцены устраняют из этой трагедии любой атрибут сиюминутного события. Действие переносится в область интеллектуального осознания, нематериального пребывания, в сферу исключительного духовного бытия.
При этом композиция не позволяет нам занять место зрителя, отделенного от происходя-щего подмостками сцены. Явное движение в нашу сторону фигуры Мадонны делает нас непосредственными участниками этого события, его причиной и…возлагает на каждого из нас ответственность за него.
Горнее и земное здесь пришли в самое близкое соприкосновение.
Замечательна сама поступь Мадонны – легкая, грациозная и в то же время ощутимо целе-направленная. Ритм этой поступи рождает ощущение, что Мадонна вот-вот выйдет за рамки картины и окажется там же, где пребываем мы. Мадонна Рафаэля идет к каждому из нас. Готовы ли мы к этой встрече?
Лицо Мадонны сияет девственной чистотой, чистотой абсолютной. И в то же время она – Мать и Дева одновременно. Ее необыкновенному сердцу ведома высокая материнская любовь и сопереживание к нам немощным. Именно эти материнские чувства рождают уверенную поступь навстречу той жертве, которая по своим масштабам превосходит Вселенную.
Этой жертвой является сам Бог, принявший на себя чистейшую плоть Матери-Девы. Бог – на руках своей земной Матери всматривается в каждого из нас с чистейшим по-детски вниманием. И это внимание – величайший и благодатный дар каждому из нас. Ни в ком более мы не встретим такой взгляд.
По-своему величественна поза Младенца. Как любящий Сын, Младенец склонился к Своей Матери, запечатлев не только телесную, но и высокую духовную близость.
Младенец полностью обнажен, как и ангелы, что одновременно сближает их миры и воплощает миссию Жертвы.
В картине нет свободного пространства. Даже верхняя часть ее, где мог бы быть «воздух» заполнена театральными занавесями. Все фигуры расположены очень близко. Они заполняют всю плоскость картины от самого ее края. Это предельно фокусирует внимание на личности, ее качествах и ее миссии. В картине только личности. В них заключена вся содержательная часть произведения. В этом выражена гуманистическая концепция Ренессанса.
Чистота и Любовь, не имеющие ничего равного на земле, движутся к каждому из нас, чтобы спасти и принять в тот мир, Свет которого сияет за фигурой Мадонны. Этот Свет исходит из глубины картины, из вечности и облекает Мадонну с Младенцем. Он одновременно и льется в нашу сторону и словно ведет Мать и Ее Сына по их великому Пути.
Этот Свет и этот Путь дают жизнь душе каждого человека.
Величие этого Пути превосходит все низости потомков Адама и Евы, все их слабости и нелепости.
За все приходится платить, за все приносятся жертвы. В «Сикстинской Мадонне» мы видим цену наших грехов, наших слабостей и нелепостей. И став свидетелем этого, мы уже несем ответственность за свои решения и поступки перед проникновенным творением Рафаэля.

Журнал «Личность и Культура», № 1. 2012г.